Свами: Ну вот! Сегодня ты выглядишь полным радости!
Бхакта: Ты ведь сам говорил, что человек создан для счастья, верно?
Свами: Тогда ты всегда должен быть в этом настроении - ты всегда теперь такой?
Бхакта: Стараюсь, насколько возможно.
Свами: Почему ты говоришь "стараюсь"? Разве огорчения не исчезают бесследно, как только познана Реальность?
Бхакта: А что такое Реальность, свами?
Свами: Все, что "существует" - нереально! Усилия, которые ты прилагаешь, слова, которые ты произносишь - все это нереально; когда ты это осознаешь, Реальность станет очевидной. Отбрось все нереальные мысли, мнения и поступки - и будет видна истина, которая пока сокрыта. Если же они нагромождены в кучу, как можно за ней разглядеть Реальность, о которой ты спрашиваешь?
Бхакта: Как же это возможно - считать все, что мы говорим, видим, слышим, нереальным?
Свами: Сперва осознай, кто ощущает все это. Ты считаешь тело своим "я", не так ли? Это - нереально. Если само ощущение "я" нереально, как могут быть реальными другие ощущения? У всех есть атма. Тот, кто ощущает все это, слушает, - не "ты". Ты - только наблюдаешь.
Бхакта: Ты сказал, свами, что во всем есть атма; есть ли атма у мертвого человека?
Свами: О! Это в самом деле хороший вопрос! Он задан, чтобы решить твои сомнения или сомнения покойника?
Бхакта: Мои.
Свами: Лишь совершенно пробудившись от глубокого сна, или сушупти, ты осознаешь свое "я", не так ли? Также и в мертвом теле есть атма.
Бхакта: Тогда разве можно называть его мертвым, разве может произойти смерть, если в нем есть атма?
Свами: Если ты умеешь правильно разбираться в вещах, тогда знаешь, что нет ни жизни, ни смерти. Если тело двигается, его считают живым, однако оно мертво. Во сне мы видим живых людей и мертвых, когда же просыпаемся - они больше не существуют. Подобным же образом и этот мир с его движущимися или неподвижными сущностями не существует... Смерть означает постепенное исчезновение осознания "я". Когда возвращается осознание "я" - происходит новое рождение. Вот что называется рождением и смертью, мой мальчик! Ахамкара родился, ахамкара умер, вот и все.
Бхакта: Значит, я существую всегда, верно?
Свами: Конечно! Когда есть сознание своего "я" - ты существуешь. Когда нет - ты тоже существуешь. Ты - только основа самосознания; ты - не есть сознание.
Бхакта: А вот еще говорят "достигший освобождения", "достигший мукти". Что это значит?
Свами: Понимая смысл смерти и рождения, каждый должен совершенно разрушить сознание отдельного "я", это условие и есть "мукти".
Бхакта: Следовательно, когда я умру, я и ты станем единым целым?
Свами: Кто говорит "нет"? Когда ты утвердишься в этом чувстве единства, ты узнаешь, что ничего отдельного нет вовсе.
Бхакта: А до тех пор, чтобы распознать реальное "я" в нереальном "я", говорят, нужно иметь поддержку гуру; насколько это справедливо, свами?
Свами: Только когда у тебя так много "я", тебе необходима чья-то поддержка, правда? Если все - единство, зачем искать другое "я"? Однако, пока ахам, или "я", не исчезнет, люди будут говорить "я" и слышать "ты". Когда "я" уйдет, кто будет говорить? Кто слушать? Все - едино. Отражение атмы, обусловленное читтой, является Ишварой; Ишвара, обусловленная антахкараной является дживой, верно?
Бхакта: А что точно означает "чидабхаса"?
Свами: "Чидабхаса" означает осознание "я", обусловленное читтой; одно, оно превращается в "три", "три" становятся "пятью", "пять" превращается в "много". Осознание "я", саттва, превращается в "три" в результате взаимодействия с раджасом и тамасом; из этих трех возникают пять бхут, или стихий, а из этих пяти возникает множество. Именно это порождает иллюзию, что "я" - это тело. Говоря терминами акаши, существует триада: чидаакаша, читтаакаша и бхутакаша.
Бхакта: Что такое чидаакаша?
Свами: Это атма.
Бхакта: Читтаакаша?
Свами: Это отклонение, то есть читта. Когда оно превращается в манас, буддхи и ахамкару, его называют антахкарана; это слово означает внутренние чувства, внутренние индрийи. Чидаабхаса, имеющий антахкарану, является дживой.
Бхакта: А бхутакаша?
Свами: Чидаакаша обусловлена читтаакашей. Когда он видит бхутакашу, он является мано-акашей; когда он видит объект, васту, он является чинмайей. Вот почему, мой дорогой, говорят: "Только манас причина и оков, и свободы человека". Ум производит любое количество иллюзий.
Бхакта: Как же устранить эту иллюзию, свами?
Свами: Ты избавишься от нее, когда поймешь ее секрет, исследуя, каким образом "множество" скрывается в "пяти", "пять" - в "трех", "три" - в "одном", а "я" существует как "я". Когда болит голова, ты применишь растирание и все снова в порядке. Так же и тут, иллюзия, что "я" есть тело, исчезнет, если применить растирание вичары, или рассуждения.
Бхакта: Всякий ли может идти по этому пути исследования?
Свами: Нет, мой мальчик. Он подходит только тем, чья читта созрела.
Бхакта: Что же нужно делать, чтобы достигнуть этой степени зрелости?
Свами: Теперь мы снова пришли к тому, с чего начали! Разве нет для этого джапы, дхьяны, пуджи и пранаямы? Постепенно, через них, ты созреешь и сумеешь понять свое "я", руководствуясь Реальностью. Для людей, постигнувших это, атма - не что-то отдельное от них. Все есть атман.
Бхакта: Свами, ты упомянул только джапу, дхьяну, бхаджан и т.д. Некоторые знающие принимают мовну, обет молчания. Есть ли в этом польза? Что такое мовна?
Свами: Мовна - это свет души! Как можно осуществить мовну, если нет света в атме? Без него просто закрытый рот вовсе не означает молчания. Некоторые принимают обет молчания, но продолжают общаться, переписываясь на бумаге или грифельной доске или последовательно указывая на буквы алфавита. Все это - псевдомовны! Это просто другой способ беседы. Вовсе не нужно достигать молчания. Молчание всегда с тобой. Единственное, что нужно сделать,- это устранить все, что ему мешает!
Бхакта: Но многие совсем не открывают рта. Ты считаешь, это бесполезно?
Свами: Кто это говорит? Если не пользоваться языком, молчать, чтобы не позволить внешним обстоятельствам помешать достижению садханы, то, конечно, можно развить свое мышление. Тогда человек не будет беспокоить других, сам избежит критики и беспокойства, сможет сосредоточиться, его мозг освободится от ненужного бремени и получит возможность совершенствования. С таким мозгом улучшатся свойства смараны - памятования имен Господа. Всего этого можно достигнуть, осуществляя садхану.
Бхакта: Тогда для совершенных джняни, мудрецов, в этом обете молчания нет необходимости?
Свами: В мире нет совершенных джняни! Таким людям и сам мир не нужен, зачем же им все это проделывать?
Бхакта: Если это так, то кто те люди, которых называют джняни?
Свами: Это как раз те люди, хранящие молчание, о которых я говорил. Джняни - это лишь вежливое обращение; настоящих джняни в мире не существует. Джняни должен осознавать все как единое целое. Твои джняни скорее специалисты в логике или в знаниях о мире, но они не знают Реальности.
Бхакта: Кто же истинный джняни?
Свами: Это тот, кто познает атму, так же как и атма познает его. Как молоко сливается с молоком, масло с маслом или вода с водой, так и тогда, когда физическое тело умирает, он растворяется в атме. Но у него могут остаться какие-то свойственные ему черты и желания. Пока он от них не избавится, он будет скитаться в этом мире, обремененный телом. Такие люди называются "частица Божества, рожденная в образе человека, дайвасасамбхута". Все это также происходит по воле Господа.
Бхакта: Почему возникает это различие между людьми, свами?
Свами: Оно проистекает из-за садханы и санкальпы каждого человека. Когда вы едите манго, от вас и пахнет манго. Разве можно этому помешать? От вас пахнет тем, что вы едите.
Бхакта: Есть ли у таких людей ограничения, упадхи?
Свами: Как может совершаться работа без упадхи? У них тоже они есть, но только в неуловимой, тонкой форме, пока они не достигнут трансматериального мукти (освобождения), видеха мукти.
Бхакта: Что это такое?
Свами: Их проявления подобны линиям, написанным на воде, - их видно, пока их пишут, но затем они сразу исчезают.
Бхакта: Свами, ты говорил, что отличительным признаком джняни является самоотречение, отказ от мирских благ. Как все это согласуется?
Свами: Это верно! Самоотречение - отличительный признак джняни. Если от предыдущего рождения у него осталась какая-либо привязанность, он должен знать, что это привязанность тела, а не души. Эта привязанность сильно мешает освобождению духа, дживамукти; джняна очень важна для видехамукти!
Бхакта: А если у человека нет джняны, может ли он достигнуть мукти просто при помощи вайрагьи?
Свами: Что за неразумный вопрос! Как может фрукт стать сладким, пока не созреет? Вайрагья не может возникнуть без джняны. Нет мокши без вайрагьи. Вот так!
Бхакта: Тогда как же приходит бхакти?
Свами: Мы снова пришли к самому началу! Джняна сперва проявляется в форме бхакти. Еще раньше - в форме ануракти (влечения). Все они связаны воедино. Ануракти - это цветок, бхакти - плод, он вызревает в джняну, вайрагьи - это суть сладкий сок, законченная стадия. Не пройдя каждую стадию, вы не достигнете следующей. Для того, чтобы получить сладкий и сочный плод, ты должен ежедневно совершать молитву, о чем я говорил раньше. Но всегда помни о единстве всего сущего. Осознай, что нет ничего "постороннего".
Бхакта: Обычно в этом мире каждому приходится иногда говорить "это мое". Что делать в этом случае?
Свами: Конечно, можно так говорить. Но только из-за того, что ты так говоришь, ведь необязательно ощущать раздельность между "я" и "ты"? Когда ты путешествуешь в вагоне, разве ты считаешь вагон своим "я"? Взгляни на солнце. Оно отражается в маленьком горшке, наполненном водой, в широкой реке, в зеркале, в блестящей посуде. Разве солнце по этой причине отождествляет себя с этими предметами? Разве оно огорчается, когда разбивается горшок или высыхает река? Также и тут. Ты полагаешь, что "я" - это тело, тогда как это чепуха. Если же ты так не считаешь, то ты будешь светиться, как солнце, независимо от внешних обстоятельств. И ты будешь пребывать во всем.
Бхакта: Это означает, что сначала каждый должен определить для себя, кто он есть.
Свами: Совершенно верно. Уясните для себя сначала это. Конечно, тем, кто недостаточно сведущ, это будет слишком тяжело. Поэтому знающие люди считают, что об этом не следует говорить. Если сказать некомпетентным людям "ты - Брахман", "ты достиг стадии мокши", они перестанут выполнять садхану, они будут действовать без всяких правил и порядка и никогда не узнают, что верно, а что неверно. Истину должен открыть только гуру или Господь! Но, конечно, те, у кого есть жажда и решимость учиться, могут спрашивать об этом! Но нет толку просто выслушать и потом повторять "Все - есть одно", это знание нужно претворять в жизнь. Вот в чем смысл!
Бхакта: Свами, Шанкара говорил: "Вишвамдарпана дришьямананагару тульям хи антаргатам." и т.д. (мир, если проникнуть в его внутреннюю сущность, подобен городу, отраженному в зеркале). Этот видимый джагат нереален, это все майя... Для джняни все это выглядит так же, как и для обычных людей?
Свами: Для глаз джняни все вокруг - Брахман! Аджняни, или человек, не обладающий джняной, не поймет ничего из того, что было сказано. Поэтому Шастры предназначены для людей среднего уровня знания.
Бхакта: Это значит, что все садханы включены в вичарану маргу, или путь исследования?
Свами: Да. Учение Веданты - о том "Кто есть я". Но провести это исследование могут лишь те, кто вооружен подходящими инструментами. Цель такого точного исследования - понять, что атма реальна, а все остальное - нереально; научиться отличать атму от всего остального.
Бхакта: Как же это можно познать, свами?
Свами: Путем изучения природы атмы! А сначала освоить все разновидности садханы и в совершенстве овладеть ими. Вот как ребенка учат: А, В, С - не так ли? Даже программы обучения магистра или бакалавра наук состоят из таких АВС и их комбинаций! Чтобы осознать это, каждый должен завершить свое обучение. Шастры основаны на акшаре; это слово означает одновременно и букву, и вечность. Все марги основаны на вичаре марге.
Бхакта: Но есть такие, которые достигают самадхи. Нужно ли им проводить такое исследование в самадхи?
Свами: Отлично! Какие могут быть исследования в самадхи? Когда крепко спишь, разве у тебя есть какие-то мысли об окружающем мире? Так же и тут.
Бхакта: Значит, в самадхи нет манаса?
Свами: Манас, который сохраняется во сне, присутствует там тоже.
Бхакта: Вот говорят о стадии турийа, запредельной стадии самадхи. Что это такое, свами?
Свами: Это стадия, которая находится за пределами бодрствования, сновидений и глубокого сна.
Бхакта: А почему эти стадии там отсутствуют? Каковы свойства этой турийи?
Свами: Три вышеперечисленные стадии являются проявлениями "я", ахамкары, - сущности, обладающей манасом, производящей все действия. Она отсутствует в стадии турийи, она исчезнет задолго до нее. Для турийи все равно, закрыты глаза или открыты, все едино.
Бхакта: Свами, как же можно разговаривать без ахама?
Свами: То, что было ахам, преобразуется в сварупу, истинную сущность, когда познается Реальность; это известно как разрушение ума, мано-насанам.
Бхакта: Значит, нирвикальпа самадхи вся представляет собой насанам?
Свами: Ну, мой мальчик, самадхи представляет собой слияние, лайю, а не разрушение. Стадия садхаки - когда одновременно происходит и созидание и разрушение.
Бхакта: Эта тема необычайно интересна, свами.
Свами: Не успокаивайся на том, что просто понял ее. Извлекай из нее уроки в каждодневной жизни. Отлично, теперь ты можешь идти.
Бхакта: Хорошо, свами. Благослови меня на этот труд. Я скоро приду снова.
Бхакта: Свами! У меня есть одно сомнение, можно его высказать?
Свами: Конечно, почему ты спрашиваешь?
Бхакта: Некоторые описывают Брахмана как асти-бхати-прийам; что это значит? Каким образом они связаны с Брахманом?
Свами: Вот в чем сомнение! "Асти" означает "то, что существует"; "бхати" значит "то, что излучает свет", "прийа" значит - ты ведь это знаешь, верно? - "дарующий радость, желанный, способный дать удовлетворение". Все, что для тебя "прийа" - это Брахман! Если ты горячо любишь собаку, эта собака - тоже Брахман! У собаки есть имя и форма. Если у тебя отнять имя и форму, у собаки отнять имя и форму, тогда останется только Брахман. Имя, образ и форма - все это преходяще, "препятствия прошлого". Все многообразие имен, форм и образов принадлежит одному только Брахману. Ты должен узнавать Его пребывание во всем. Пребывание во всем сущем - это асти, знание познающего - это бхати, лучезарность, сияющее великолепие. Все это тоже Брахман. Одолевает желание увидеть, ощутить, найти Его, верно? Это происходит благодаря прийе, притяжению, очарованию. Вот три свойства Брахмана, мой дорогой!
Бхакта: А что называют сатчиданандой?
Свами: Сама атма известна под именем сат-чит-ананды, потому что ее природой является асти-бхати-прийа.
Бхакта: Свами, если способность любить, прийа, является также природой атмы, разве все сущее не должно обладать такой способностью? Но скорпионы, змеи, дикие животные как-то не вызывают любви!
Свами: Ты можешь их не любить, но они-то любят друг друга, разве не так? Вору нравится другой вор, девоти любит другого девоти - каждый любит себе подобного.
Бхакта: Я не очень ясно все это понимаю, свами. Приведи мне несколько примеров асти-бхати-прийи, если они есть.
Свами: Мой дорогой мальчик, ты говоришь "если они есть"! Когда все есть Брахман, может ли все вокруг не быть примером? Сходи-ка в кино. Фильм идет на экране, он существует какое-то время, он есть. Это асти. Кто смотрит и осознает его? Ты. Это бхати. Имена, образы и формы, которые проходят перед тобой и вызывают сопереживание - это прийа. Даже, если ты не принимаешь их всерьез, не обманываешься ими, экран-то всегда остается на месте. Тут вот еще что нужно заметить. Фильм проектируется на экран через узкую щель кинопроектора; если бы луч света не имел этого ограничения, экран весь был бы залит светом и изображения не было бы видно. Точно так же, если на мир смотреть через узкое окошко ума, то мир будет видеться многоцветным и многообразным. Если же свет атмаджняны льется сплошным потоком, и ты видишь мир сквозь атму - это будет один безграничный свет, где уже нельзя разглядеть отдельных изображений. То есть тогда все будет познано как один невидимый Брахман, понимаешь?
Бхакта: Свами, я все ясно понял. Теперь я знаю, что значит "препятствия прошлого". А что такое "препятствия настоящего"?
Свами: Хорошо, я скажу тебе. Препятствия настоящего бывают четырех видов: привязанность к чувственным объектам, циничная критичность, притупленность понимания, нелепое самодовольство. Чувственная привязанность возникает из-за влияния объектов на чувства. Критичность заставляет человека неправильно понимать смысл учения гуру. Из-за притупленности понимания в голове происходит путаница, так как не воспринимается то, что говорят гуру. Самодовольство переполняет человека чувством собственной значимости, он считает себя великим ученым, пандитом или истинным аскетом, ошибочно принимая тело и чувства за атму.
Бхакта: А "препятствия будущего"?
Свами: О! Они всегда приходят через грешные деяния. Они всегда случаются неожиданно!
Бхакта: Как же нам подготовиться к встрече с ними?
Свами: Это совершенно невозможно. Человек может до некоторой степени чувствовать приближение зла, знать, какие беды оно ему готовит. Зло создает желание, которое одевает маску потребности. Вот тут-то и надо распознать его как "препятствия будущего". Трудно уберечься от него усилиями одной-единственной жизни. Может потребоваться несколько воплощений для получения полного обучения.
Бхакта: Как много разного говорят об этих виджняне и аджняне. Какова же на самом деле их сущность, скажи мне?
Свами: Ну вот, теперь ты начинаешь с самого первого шага. Аджняна - это ментальное отношение, направленное на внешний объект, а виджняна - ментальное отношение, направленное на внутренний субъект. Аджняна известна также под именем манаса или читта. Когда их деятельность направлена внутрь, тогда их называют буддхи и антахкаран.
Бхакта: Некоторые полагают, что джняни должны интересоваться лишь двумя вещами: достижением иного мира и бременем прошлой кармы. Это правда?
Свами: Как джняни, так и аджняни могут иметь или не иметь желание попасть в иной мир и нести бремя кармы в равной степени. Их ощущения также будут одинаковы. Только у джняни не будет чувства, что он исполнитель, поэтому он не будет связан. Аджняни же чувствует себя исполнителем, поэтому он не свободен. В этом разница. Я уже, кажется, говорил тебе, что ум - причина рабства и освобождения. Ум - причина всего.
Бхакта: Все говорят: ум, ум. Что это такое? Какова его форма?
Свами: "Познание", "понимание" - вот его формы. Если знаешь их основы, оковы пропадут совсем!
Бхакта: А что это за основы?
Свами: Основа - это то, что ты называешь "я". Когда ищешь и находишь свое "я", какие бы "озарения" ни осеняли, оно останется неизменным.
Бхакта: Все верно. Это замечательно, свами. Пожалуйста, учи нас, чтобы мы смогли понять цель жизни... Я покидаю тебя, свами.
Свами; Да, уже пора. Иди с миром и возвращайся еще. Прими мое благословение.
Бхакта: Свами, в Венкатариги во время "Адхьятмика Сабха" ты говорил о некоторых вещах, которые я не совсем понял; можно я теперь спрошу о них?
Свами: Я счастлив, когда кто-то спрашивает о том, чего не понимает. Конечно, у тебя есть на это полное право.
Бхакта: Ты говорил о стхуларупе и сукшмарупе - грубой и тонкой формах, верно? Являются ли они только характеристиками манаса или касаются всего остального тоже?
Свами: Они являются характеристиками всего; фактически, все имена, образы и формы, известные нам в грубом, ощутимом виде, существуют также и в тонкой, неосязаемой фазе! Может быть, грубая форма существует только лишь для того, чтобы познать тонкую!
Бхакта: Тогда, свами, вот, например, мы видим небесный свод, стулаакашу; есть ли у него тонкая, неосязаемая акаша?
Свами: Мой дорогой мальчик, у всего есть тонкая акаша! Тонкая акаша существует как в неосязаемой форме, так и во всепронизывающей, ощутимой форме.
Бхакта: Как называется акаша неба, свами?
Свами: Она известна под именем сукшмы хридайакаша, неощутимый небесный свод сердца.
Бхакта: Как она может быть всепронизывающей?
Свами: Только хридайакаша может распоряжаться всеми тремя измерениями пространства. Посмотри, как много зрелищ, чувств и чудес помещается в ней!
Бхакта: Тогда есть ли солнце в этом невидимом небе?
Свами: Конечно! Неужели нет? Без него откуда взяться всему этому великолепию, всему этому свету и просветленности?
Бхакта: Как оно называется, свами?
Свами: Когда сердце находится в стадии акаши, солнцем, естественно, является буддхи, или разум, который освещает небосвод сердца. Лучезарность буддхи такая же яркая, как лучи солнца. Итак, невидимое солнце - это буддхи.
Бхакта: Может быть, луна в невидимой форме тоже находится в акаше сердца?
Свами: Зачем ты спрашиваешь об этом все время? Разве я не сказал уже об этом с самого начала? Все осязаемые имена и формы имеют соответствующие им тонкие, неосязаемые имена и формы. Луна в невидимой форме - это према с ее холодными лучами, приятными сердцу. Любовь - это невидимая форма луны.
Бхакта: Прости, свами; вот Пандавы и Кауравы ведут войну, верно? А что это за предположительная невидимая битва между невидимыми Пандавами и невидимыми Кауравами?
Свами: Почему ты говоришь "предположительная"? До сего дня они ведут незримый бой! Зло в этой борьбе олицетворяют Кауравы; добро - Пандавы, пять братьев: сатья, дхарма, шанти, према и ахимса. Дурных качеств много, поэтому Кауравам тоже число - легион. Каждый человек под своим собственным хридайаакаша, на своем собственном чидбхуми ведет в каждый момент эту борьбу.
Бхакта: Свами, говорят, что Пандавы - дети царя Панду, а Кауравы - отпрыски царя Дхритараштры. Как их опознать в невидимой форме?
Свами: Обе стороны борются за царствование все в том же сердце; они присутствуют в каждом человеке в качестве аджняни и суджняни - разумной и неразумной личностей. Дхритараштра - это неразумный, слепой правитель; мудрый Панду - отец всех хороших качеств, понятно?
Бхакта: Но тогда, свами, извини меня, в этой войне должны участвовать миллионы солдат, колесниц и подданных; кто они в этой невидимой борьбе?
Свами: Разумеется, все это есть там, в человеке. Миллионы чувств, мыслей и впечатлений - вот солдаты и подданные. Десять индрий - это полки; пять чувств - колесницы. В каждом сердце ведется непрерывное сражение между добром и злом, между Пандавами и Кауравами.
Бхакта: А кем является Господь Кришна в этой невидимой войне? Он занимает нейтральную позицию в борьбе за власть?
Свами: Неужели ты не знаешь? Он - Свидетель, известный под именем атмы. Он саратхи, сарадхи, возница колесницы дживы.
Бхакта: Другой вопрос. У всех людей, следовательно, есть Хастинапура в качестве столицы. Где в человеке Хастинапура?
Свами: Как ты знаешь, Хастинапура является основой для всех этих невидимых проявлений, колесниц, Пандав и Каурав. Хастинапура - город из костей, тело человека; в этом городе родились как Пандавы, так и Кауравы, здесь они играли и воспитывались, здесь они вместе выросли. Точно так же в Хастинапуре рождаются и растут все качества, дурные и хорошие; они развиваются либо чахнут; они наблюдают друг за другом и ненавидят друг друга - все это происходит в одном и том же теле. Непримиримыми правителями в этом городе являются аджняни и суджняни - неразумная личность и мудрая личность.
Бхакта: Да, свами, есть несомненная связь между войной Махабхараты и свойствами и поведением человека. В самом деле, здесь есть прямая связь. Какое великолепное сравнение! Как ты говорил, такой род военных действий ведется в каждом человеке и в наши дни. Когда же кончится эта война?
Свами: Когда кончится эта война, ты спрашиваешь? Тогда, когда постепенно исчезнут и плохие, и хорошие качества, и человек останется совершенно без всяких качеств - только тогда он получит шанти.
Бхакта: Тогда же прекратит свое существование Хастинапура, город из костей, это поле битвы, верно?
Свами: Когда идет война, должно быть и поле битвы. Когда нет войны, зачем о нем беспокоиться?
Бхакта: Нельзя ли совсем избежать битвы?
Свами: Почему же нельзя? Цари разжигают войну, потому что уверены в своих подданных. Подданные поощряют правителей развязывать войну. Подданные - это иллюзии, которые подталкивают личность к войне. Когда таких подданных мало, войны также не будет. Поэтому сами разоблачайте таких подданных - иллюзии, заблуждения, чувство "я", "мое" и тогда будете пребывать в спокойствии, наслаждаясь непоколебимым шанти, мой мальчик! Теперь ты можешь идти. Подожди! Позволь мне сказать одну вещь: испытывать всякого рода сомнения - тоже заблуждение, вьямоха! Постарайся освободиться от этих качеств! Ну, теперь иди и приходи снова.
Бхакта: Свами, в прошлый раз ты говорил о войне Махабхараты; не происходит ли подобным же образом и Рамаяна в каждом сердце?
Свами: Несомненно! Она происходит постоянно и в той же самой последовательности.
Бхакта: Тогда какой образ принимает Рама?
Свами: Рама - это атма. Он пришел в качестве дживы в одежде, называемой телом.
Бхакта: Тогда, будучи санкальпасиддхой, чьей воле все подвластно, будучи Всемогущим, который все может, почему Он так страдает?
Свами: Это все игра, Его лила, забава. Что может быть для Него наслаждением? И что может быть для Него страданием? Он - анандасварупа, не знает ни того ни другого. Своей волей Он может создавать все. Он поставил Рамаяну на сцене театра, которым является мир, сыграл в этом спектакле роль, показав все качества, или гуны, в виде отдельных образов. Подобные Рамаяны происходят в каждом сердце. Рама в сердце, атмарама, наблюдает за всем как Свидетель.
Бхакта: Но как материальная инертная джада, дживы - как они входят в эту Рамаяну?
Свами: Джада принимает активную чайтанью, то есть знание Брахмана. Чайтанья рожден под именем Ситы. Джада-чайтанья становятся единым целым, которое теперь называется ситарамой. Пока джада и чайтанья едины, нет горя и страданий. Именно их разделение порождает все тревоги.
Бхакта: Как это, свами?
Свами: Сита, которая является брахмаджняной, уходит от атмы, пребывающей в образе дживы; следовательно, неизбежно блуждание в темноте джунглей. Рама строит свой спектакль так, чтобы показать нам это; если допустить потерю Ситы, или брахмаджняны, никто не сможет избежать темных дебрей.
Бхакта: Если это так, свами, то почему рядом с Ним всегда Лакшман? Что он символизирует в нашей жизни?
Свами: Никто не должен быть одинок в темных джунглях жизни. Именно поэтому Лакшман всегда рядом.
Бхакта: В Рамаяне еще описаны Вали и Сугрива, кто они?
Свами: В блуждании по темным джунглям одному достается отчаяние, другому - находчивость, проницательность. Оба смертельно ненавидят друг друга. Вали, который олицетворяет отчаяние, должен погибнуть, только тогда придет успех. Отчаяние, безнадежность - это Вали, находчивость, проницательность - это Сугрива.
Бхакта: Кто же тогда Хануман?
Свами: Он - тот, кто оказывает решающую помощь в победе над отчаянием, то есть смелость! Вот что такое Хануман, он - мужество. Только обладая мужеством, можно перебраться через океан иллюзий, именно поэтому Рама строит мост с помощью Ханумана.
Бхакта: Что нужно делать, когда пересечешь океан иллюзий?
Свами: Разве ты не знаешь, что сделал Рама, когда перешел через мост? Победив моху, или иллюзию, он убил раджагуну и тамагуну в образе Раваны и Кумбхакарны. Последний оставшийся брат, саттвагуна - Вибхишана - стал королем. Три гуны иллюстрируются тремя характерами и поступками трех братьев - Раваны, Кумбхакарны и Вибхишаны.
Бхакта: Что же должно быть достигнуто в результате всего этого?
Свами: Что должно быть достигнуто, говоришь? Во-первых, достигнута анубхаваджняна, или Сита; джняна достигается опытом, джняну познают в действительной жизни. Когда джада и чайтанья снова соединяются, это является успешным завершением, паттабхишекой, то есть спасением дживы, дживанмукти. Поэтому основной урок Рамаяны таков: джива, манас, джняна, отчаяние, проницательность, мужество, иллюзия, раджас, тамас, саттва - все они показаны в разных образах; на их примерах нужно учиться, какими путями каждое из этих свойств может быть приобретено или побеждено. Все это проделано атмой, представленной в образе и под именем Рамы, через Его поступки, поведение, руководство, побуждения. Поэтому Рамаяна все еще продолжается. Пока в жизни каждого вдет борьба за достижение цели этими путями и люди стремятся к анубхаваджняне и к конечному итогу - саттвагуне, до тех пор Рамаяна будет продолжаться в сердце каждого человека. С одной стороны, война Махабхараты, с другой - Рамаяна, кроме них есть еще Бхагават-гита - так устроена жизнь. Это образы сукшмы в Рамаяне, Махабхарате и Бхагавате, понимаешь?
Бхакта: Значит, в Рамаяне нашей жизни атма - это Рама, манас - Лакшман, брахмаджняна - Сита; когда Сита потеряна, Рама попадает в лес, символизирующий жизнь, в этом лесу живут Вали (отчаяние) и Сугрива (проницательность, находчивость); если с нами будет мужество - Хануман, мы сможем пересечь океан иллюзий вместе с войском Джамбавана, Ангады и других Ванар, олицетворяющих энергичность, силу и стойкость. Как только мы его пересечем, мы сможем победить Равану и Кумбхакарну, символизирующих качества тамас и раджас, тогда будет достигнута анубхаваджняна, или Сита. Этот союз джады и чайтаньи, то есть Ситы и Рамы, является анандой, дживамукти, спасением души. Ax! Как прекрасна Рамаяна! Рамаяна, совершенная сыном Дашаратхи, разыгрывается теперь, невидимая, гунами и индрийями, чувствами и качествами, так можно сказать.
Свами: Никаких "можно сказать". Невидимая Рамаяна действительно происходит!
Бхакта: Ты говорил, свами, что каждая гуна и индрийя принимают в Рамаяне свой образ. Поражает воображение, что чувства также принимают образ и форму! Какой образ и форму принимают чувства в видимой и невидимой Рамаяне? Объясни, пожалуйста.
Свами: Как же еще могут быть выражены качества, или гуны, если не с помощью чувств? Гуны произрастают из чувств. Чувств действия пять; всего их десять. С помощью манаса они создают привязанности, верно? Иначе слияния может не произойти вовсе. Сказано ведь: "Миссия человека, рожденного в майе, воспитанного в чувствах, - одолеть чувства. Это - главный долг, знаешь ли ты это? Ты знаешь, где родился Рама, джива? Чей Он сын? Он сын Дашарахи, чье имя символизирует десять индрий, или десять чувств. Какую бы гуну или рупу мы ни взяли, она не может не иметь связи с десятью чувствами, чувствами действия и познания - кармендрийями и джнянендрийями. Образ Дашарахи олицетворяет все десять.
Бхакта: У Дашарахи было четыре сына, что символизирует их образы, свами?
Свами: Десять чувств порождают любое количество гун и руп, а не только четыре. Но только главные четыре из них, символизирующие четыре лика Господа, рождены по Его воле. Это Рама, Лакшман, Бхарата и Шатругха. Они - суть сатья, дхарма, шанти, према, когда пребывают в невидимой форме. Они - четыре лика Господа.
Бхакта: А кто среди них сатья? Кто представляет дхарму, шанти и прему?
Свами: А ты сам не догадался? Рама - это сатья. "Все почести принадлежат по праву Раме, а не мне", - сказал Бхарата, когда ему предложили стать царем. Поэтому он - дхарма. Полностью доверившись атме, то есть Раме, считая, что нет слаще ананды, чем нерушимая дружба с ним, Лакшман всюду следует за Рамой, и поэтому он - према. Не имеющий собственного честолюбия, идущий вслед за своими тремя братьями, Шатругха всегда остается спокойным и невозмутимым, поэтому он - шанти. Это понятно?
Бхакта: Да, свами; но эти четыре брата рождены от разных матерей, кто эти матери?
Свами: Как я только что говорил, "рожденный майей, взращенный майей должен преодолеть майю", поэтому так же тот, кто порожден гунами, взращен гунами, должен, в конце концов, преодолеть гуны. Трех матерей представляют три гуны! Среди них Каушалья - это саттвагуна, Кайкейя - раджагуна, а Сумитра - тамагуна; такие роли им предназначены в эпосе. Дашараха в форме десяти индрий связан с этими гунами, таким образом, он - индрийягунасварупа. Именно потому, что человеку непросто осознать истину через чувства и гуны. Господь учит его через Рамаяну до сегодняшнего дня. В давние времена Господь устроил представление видимой Рамаяны, в наше время Он представляет сукшмарамаяну на сцене человеческого сердца.
Бхакта: Свами, глубинное значение Махабхараты и Рамаяны, которое ты объяснил, действительно очень интересно. Если бы каждый смог проникнуть в эту глубину, сколько всего он бы там обнаружил! Этот вид Махабхараты и Рамаяны происходит в каждом сердце, проявляясь в поступках, внутренней работе манаса, через читту и буддхи. Ты говорил, что таким образом происходит и Бхагавата. Если ты будешь добр объяснить, как именно это происходит, тогда мы привлечем внимание людей к невидимым Махабхарате, Рамаяне и Бхагавате. Пожалуйста, расскажи нам о Бхагавате.
Свами; Ну, Бхагавата непохожа на другие две, у нее нет качеств и нет формы! Она имеет дело с атмой, которая находится свыше, за пределами всех качеств, или гун, индрий, или чувств, манаса и читты. Она имеет дело с силой и отвагой атмы и проявляемой ею деятельностью, или лилами. Бхагавата содержит рассказы о воплощениях Того, кто является Свидетелем всего сущего.
Бхакта: Какие же формы и образы принимает этот Свидетель? И почему Он их принимает?
Свами: По правде говоря, Он представляет все образы и формы, сарвасварупы. Нет границ числу и природе образов и форм, которые Он принимает. Однако, в подтверждение сказанного, назову несколько Его воплощений: Брахма, Вишну, Махешвара, Матсья, Курма, Вараха, Вамана, Нарасимха, Рама и Кришна. Для того, чтобы продолжался предназначенный миру процесс Созидания, Сохранения и Разрушения, чтобы наказать зло и защитить добро, Он принимает образ, наиболее в данный момент соответствующий цели, которую Он перед собой поставил. Когда цель достигнута, Он снова становится Свидетелем.
Бхакта: Рама и Кришна тоже наказывали зло и защищали добро, верно, свами? Тогда почему ты говоришь, что в Рамаяне и Махабхарате есть гунасварупа, а в Бхагавате - нет?
Свами: Видишь ли, у гун есть начало и есть конец, у атмы же их нет. У Рамы и Кришны также, в сущности, нет качеств. Они показали, как, будучи вне гун, держать все гуны под контролем. У Рамаяны и Махабхараты есть конец, верно? В этом смысле у Бхагаваты нет конца. Она говорит о Господе, у которого нет ни начала ни конца. Она говорит о формах и образах, которые Господь принимает в контексте эпохи, времени и обстоятельств. Другие два произведения учат, как нужно себя вести в этом обманчивом, преходящем мире, и убеждают человека следовать по пути сатьи, дхармы, шанти и премы. Понимаешь?
Бхакта: Тогда можно сделать вывод, что от Бхагаваты нет практической пользы.
Свами: Что!? Именно от Бхагаваты больше всего пользы для садхаков. Только одна она объясняет тайную сущность Господа, Его истинное величие, Его истинный путь! Рамаяна и Махабхарата стараются, насколько возможно, возвысить обычного человека моральными поучениями и примерами. Они показывают, как человек может получить благоволение Господа. Но тот, кто хочет узнать природу атмы и Параматмы, более всего остального должен изучать Бхагавату.
Бхакта: Свами, какая связь между Бхагавантой, Бхагаватой и бхактой?
Свами: Это взаимосвязь между махараджей, йувараджей и кумарараджей! Бхагаванта, или Господь, это, конечно махараджа; на втором месте по значению - Бхагавата, потому что она исходит от Господа как его производное, она имеет статус йувараджи; бхакта зависит от них обеих, поэтому он - кумарараджа. Статус кумарараджи непрост, он заслуживает положения махараджи. Все остальное - ниже по положению относительно их трех. Тот, кто не поднимается до уровня бхакты, или кумарараджи, не имеет доступа ко двору махараджи.
Бхакта: А йоги, джняни, аскеты - достигли ли они этого уровня?
Свами: Как бы они могли стать йогами, джняни, аскетами без бхакти и любви к Высшей Истине? У них в равной степени есть бхакти. Возьми, например, ладду, джилеби, мисоре пак и другие сласти - у них всех составной частью является сахар, из-за которого они имеют сладкий вкус, как же иначе? Так же и в этих трех путях сладость Имен Господа, или бхакти, является составной частью. Без нее даже названия - йог, джняни, аскет - становятся абсурдом!
Бхакта: Еще один вопрос, свами! Можно ли приблизиться к Господу, если только верить в Господа и с этой верой совершать джапу, дхьяну, бхаджан и пуджу? То есть, возможно ли достигнуть этого уровня через путь истины, путь дхармы, путь премы или путь служения другим?
Свами: А разве упомянутые тобой качества могут появиться без боязни греха и страха перед Богом? Разве пути их достижения обычны и просты? Нет. Эти пути - двери во внутренние покои Господа. Те, кто ими следует, легко достигнет Господа. Однако существует разница между родственниками и друзьями. Люди, которые развивают лишь те качества, о которых ты говорил,- друзья; но те, кто осуществляет их на деле, наряду с преданностью Именам и Образу Господа, обретают с Ним кровное родство, вот в чем разница. Медитация на имя Бога и Его форму также помогают укрепить гуны. Без этой подготовки гуны не могут быть сильными, твердыми и чистыми. Имя Господа и Его форма удаляют шлак с человеческих качеств.
Бхакта: Но и бхакта, и человек, обладающий хорошими качествами, достигают одного и того же, верно, свами?
Свами: Конечно. Просто хороший человек становится кандидатом на место и должен его заслужить; а хороший человек, обладающий бхакти, имеет право на это место, он его не минует.
Бхакта: Свами, есть много людей, которые активны и совершают много дел под лозунгом: "Служение человеку есть служение Богу"; дают ли право их поступки на такое место?
Свами: Почему ты спрашиваешь? Конечно, тем, кто действительно осуществляет служение с этой позиции. Но очень тяжело достигнуть настоящего сочувствия. Рассматривая других людей просто как людей, и говорить, что служение им - это служение Богу - неискренно. Мышление будет тогда идти по двум каналам. Осознайте все величие Мадхавы; поймите, что Мадхава присутствует в каждом манаве; поверьте, что служение манаве, или человеку, это только служение Мадхаве; тогда своими поступками вы заслужите право на место. Какое право может быть больше? Напротив, если "служение" осуществляется лишь для почестей и славы, и если человек жаждет награды за свои поступки, тогда утверждение "служение человеку есть служение Богу" не имеет смысла, и человек не получит ожидаемых результатов.
Бхакта: Это очень интересно, свами! Разговоры о Бхагавате вызвали сегодня много святых и нравственных мыслей. Если вникнуть в это, какие бесценные истины откроются! Сегодня на меня действительно снизошло благословение.
Свами: Ты все понял? Бхагавата - это повествование о безначальной и бесконечной атме. Атма существует в обеих формах - видимой и невидимой. Она более невидима, чем самое невидимое; более ощутима, чем самое ощутимое. У нее нет границ, ее нельзя измерить. Рамаяна и Махабхарата - это Итихасы, исторический эпос. Бхагавата отличается от них, она - описание атмы, она наставляет на путь бхакти. Она никогда не кончается, у нее не бывает конца. В этом значение Бхагаваты.
Бхакта: Ты должен избавить меня от гнетущего беспокойства, свами. Как бы я ни старался забыть о нем, я страдаю от него. Как мне от него освободиться? Самому мне это сделать невозможно, и я умоляю тебя помочь мне. Пожалуйста, пойми меня правильно, дай прямой ответ; если ты сделаешь это, то снимешь груз со всех людей, вроде меня, и тогда возрастет энергия для выполнения садханы. Иначе, я боюсь, что мы можем потерять даже ту небольшую веру в Господа, которая в нас есть, и превратиться в атеистов. Твой ответ окажет огромную помощь не только мне, но и всем бхактам повсюду. Поэтому я умоляю тебя, избавь меня от сомнений и расскажи мне правду понятным языком.
Свами: Что такое? Расскажи-ка мне. В чем причина такого беспокойства?
Бхакта: Свами, ты говорил, что у человека четыре ашрама: брахмачарья, грихастха, ванапраста и санньяси, и те, кто достигнет последней стадии, поистине благословенны, так как они достигнут осознания. Скажи, пожалуйста, кто такие саньяси?
Свами: "Так вот что причиняет тебе такое беспокойство! Мой дорогой, шафрановая одежда, бритье головы еще не делают человека санньяси. Санньяси - это тот, кто отказался от всех желаний. Он должен полностью погрузиться помыслами, стремлениями и делами - в размышления о Боге и отказаться от мирской жизни, чтобы достигнуть Господа. Кто бы ни был такой человек, он - санньяси. Напротив, если люди сохраняют все желания, стремятся к осуществлению своих желаний, тогда они - подражатели санньяси, понимаешь?
Бхакта: Но, свами, у нас полно дешевых саньяси, цена им - рупия, пайса или даже сигарета! Как к ним нужно относиться?
Свами: Почему тебя все это интересует? Ты заинтересован в своем развитии, своем прогрессе. Ты должен настойчиво искать того, кто сможет указать тебе правильный путь к твоей садхане. Если же это невозможно, обратись к себе самому. Вот что тебе требуется. Зависимость от своих сомнений разрушительна.
Бхакта: В таком случае, свами, как ты относишься к утверждению: "видья без гуру это видья без зрения"? Очень важно довериться какой-либо великой личности, верно? Я имею в виду, чтобы узнать правильный путь.
Свами: Великие люди не исчезли с лица земли, дитя мое! Не думай, что все похожи на тех, о которых ты говорил. Даже в наши дни много великих людей, иначе откуда взяться свету в этом мире?
Бхакта: Великие люди, наверно, существуют среди грихастх, ванапрастх или брахмачаринов, свами! У меня не много опыта общения с такими людьми, но все-таки я встречался с теми, у которых есть имя и известность. Однако я могу сказать, что трудно обнаружить среди санньяси хотя бы одного, истинно святого человека, саньяси, у которого бы не было мирских желаний. Если у саньяси так много желаний, почему их не должны иметь обычные люди? Куда не придешь, везде одно требование: деньги, деньги!
Свами: По правде говоря, у саньяси не должно быть никаких желаний, как ты сказал. Вожделение и алчность - их страшные враги. Они не должны с ними соприкасаться. Они могут принять лишь немного простой пищи, когда им ее предлагают, вот и все. Они не могут желать большего. Это обет, закон. Они не должны иметь дела с деньгами.
Бхакта: Но, свами, извини меня. Саньяси постоянно нуждаются в деньгах! Ни один простой человек так не печется о деньгах, как они! Они эксплуатируют своих учеников и вытягивают из них деньги, заработанные тяжелым трудом. Тех, кто не дает, - они ругают. Разве это правильно, свами? Разве справедливо? Разве эти люди - гуру?
Свами: Ни один умный человек не скажет, что это справедливо. Как я могу сказать, что это правильно? Почему бы тебе не спросить как-нибудь такого саньяси: "Господин, зачем тебе деньги? Не повредит ли такое вымогательство твой репутации?
Бхакта: О, я уже спрашивал, свами.
Свами: И что они ответили?
Бхакта: Некоторые говорили, что деньги нужны им на покрытие расходов, другие - для дальнейшего развития их ашрама. Много причин было приведено. Это не очень сложно для тех, кто обучен дискутировать. Именно когда дело касается доверия, мы должны уметь разбираться в людях, не так ли?
Свами: Гуру должен заниматься развитием своих учеников, которые пришли к нему за руководством, а не ашрамом; ашрита более важна, чем ашрам. Беспокойство и забота об ашраме сами становятся огромным шрамом, или бременем. Именно из-за этого многие люди теряют даже ту маленькую веру, какая у них есть, и становятся атеистами. Такие гуру вместо того, чтобы отказаться от привязанностей, еще сильнее впрягаются в их ярмо, они предпочитают быть вьючными животными. Мой дорогой, послушай меня, не смотри на таких гуру, которые вытягивают из своих учеников деньги. Держись от них как можно дальше, не теряй веры в Господа, встречаясь с ними.
Бхакта: Мы идем к таким людям, стремясь научиться высокой жизни, узнать путь к достижению Господа; мы ищем их, так как не знаем, какая змея в какой норе живет, а натыкаемся на этих кобр-санньяси, и это потрясает нас! Непомерная озабоченность ашрамом, выставляемая напоказ, ведь тоже приносит вред, свами? Если они таким образом хотят служить людям, они вполне могли бы быть обычными людьми, оставить себе свои первоначальные имена и спокойно копить и тратить свои деньги, не так ли? Называя себя санньяси, нося соответствующую одежду, получив упадешу, приняв ряд обетов во время посвящения в монашество, провозглашая, что они отказались от всех желаний... если потом они следуют по пути накопительства - разве это не святотатство?
Свами: Человек может быть испорченным, это так, мой дорогой; святость же саньясы никогда не может быть унижена! Не уходи с этой мыслью. Конечно, такие люди есть в нашем мире. Но, пожалуйста, не причисляй их к санньяси или свами. Они не имеют отношения к этим двум категориям. Они только причиняют вред своим ученикам, оставаясь в своем сане. Не трать на них энергию своих мыслей.
Бхакта: Хорошо, свами. Но есть такие, которые построили ашрамы и утвердились там как гуру, - могут ли они желать денег?
Свами: Почему ты спрашиваешь? Разве у этих людей на голове растут рога? Чем они отличаются? Эти люди должны быть еще более щепетильны. Так как они воспитывают многих учеников, они должны особенно следить, чтобы воспитанники выработали правильную позицию и полностью погрузились в созерцание Господа. Иначе будет причинен большой вред. Если гуру обращают внимание на духовный рост и внутреннее удовлетворение учеников, ученики сами будут бороться за развитие ашрама. Нельзя оказывать давление. И наоборот, если, забывая о своем собственном развитии, наставник требует много денег со своих учеников, девоти, для развития "своего" ашрама, он потеряет и сам ашрам! Ученик потеряет преданность, а гуру потеряет свой сан!
Бхакта: Кроме того, свами, если им указать, что они не правы, они впадают в гнев и грозятся суровыми карами. Разве это правильно?
Свами: Это вдвойне неверно. Как это может быть правильным? Неправильно для гуру пугать ученика; он должен благоволить к нему и поощрять. Люди, которые стращают и вытягивают деньги, - не учителя, а обманщики. Они не пастыри, а овцы.
Бхакта: А что ты посоветуешь нам делать? Как поступать с этими людьми? Скажи, пожалуйста.
Свами: Мое дорогое дитя, откажись от всяких разговоров с людьми, которые потеряли свой путь. Говори о том, как ты ищешь свою дорогу. Откажись от контакта с такими людьми и контактируй с теми людьми и местами, где нет ни вожделений, ни алчности, ни каких-либо других желаний. Ищи таких гуру, которые относятся ко всему с равной премой. У настоящего гуру должны быть определенные качества, обрати на это внимание. Если эти качества присутствуют - ступай к нему и будь счастлив. Если ты не найдешь такого, сосредоточься на Боге внутренне. Совершай дхьяну и бхаджан. Этого достаточно; тебе ничего больше тогда не нужно искать. Когда у тебя случится досуг, читай духовные книги. Даже одни только такие книги помогут тебе получить все необходимое и отбросить лишнее. Будь осторожен, не попади во всякого рода сети и ловушки.
Бхакта: Каковы же качества этих великих людей?
Свами: Они не жаждут богатства, у них нет амбиций развивать свои ашрамы. Они не будут любить за плату и не будут ненавидеть тех, кто их укоряет; они не препятствуют доступу учеников к себе, они никому не запрещают к себе приближаться; они на всех взирают с равной любовью; им неприятна клевета; они не мстят тем, кто указывает на их ошибки и просчеты; от них всегда исходит сатья, дхарма, шанти и према, они всегда желают девоти счастья, благополучия и прогресса. Ищи таких людей. Даже не смотри в сторону тех, кто причиняет боль своей злостью, суетностью, ненавистью и т.д.; не обращай внимание на тех, кто обеспокоен положением, славой, почестями, какими бы величественными они ни были; какой бы громкой ни была их репутация.
Бхакта: Хорошо, свами. Это все замечательно. Вот только одно маленькое сомнение. Как получается, что гуру, высокоученые, читающие многочасовые лекции, не понимают этого? Разве не могут эти великие люди сами увидеть свои ошибки и исправить их?
Свами: Ну, даже толика опыта полезнее тонны знаний. Многие читают лекции в колледжах, льют воду часами, говоря то, что они заучили наизусть. Стал ли кто-нибудь из них великим из-за величины или великолепия их лекций? Эти лекции похожи на рвоту, когда извергается проглоченное. Ты сам видишь, многое ли из того, о чем говорится, выполняется на деле. Те, кто дает советы, сами должны им следовать. Если сам не можешь чего-то избежать, не уговаривай других избегать этого. Поэтому, как ни учи человека, без опыта и практики это будет просто девять дней удивления, а потом ни то ни се. Конечно, качества, о которых я тебе говорил, должны быть не только у гуру, но и у всех остальных. Поэтому не стоит говорить о чужих недостатках и ошибках, развивай свою веру и преданность, укрепляй себя для медитаций на Господа, занимайся полезными делами, говори только то, что приносит добро; поклоняйся Господу, всегда помни о нем; совершай джапу и дхьяну. Если ты погружен во все это, то не будешь тревожиться о праведности и неправедности других.
Бхакта: Свами, ты объяснял взаимосвязь между гуру и шишьей. Нынче тот, кто открывает правду, не нравится никому. Многие гуру, свами и садху, как ты говорил, ведут себя неправильно и всячески разрушают свое знание. Кроме этого, они нарушают свои обеты санньясы и дхармы, относящиеся к Господу. Такие люди могут не понять твои утверждения. Они могут даже высказать враждебность, когда обнажают их недостатки. Или, что хуже, могут пытаться оправдать свое поведение и изобрести истории и аргументы, чтобы их действия выглядели правильными. Твои замечания применимы только к тем, кто поступает неправильно, а не к тем, кто занимается благими делами. Поэтому действительно хорошие садху и те, кто придерживается духовности, будут довольствоваться тем, что ты сказал. Но, безотносительно к тому, что могут они о тебе сказать, пожалуйста, свами, помоги садхакам развиваться и открывать для нас величие Господа.
Свами: Ну что со мной может случиться от того, что говорят люди? Как может поддерживаться ложь, боящаяся разоблачения? Какова ноша, таков и носильщик, говорит пословица. Только несоответствующий своему положению человек будет негодовать и враждебно реагировать. Истинные гуру будут только радоваться. Только вор хватается за плечо, когда возвещают о краже тыквы, потому что он всегда боится, независимо от того, есть ли у него на плечах на самом деле украденная тыква! Те, кто не крал тыквы, не хватаются за плечи. Истинные гуру не будут бояться или гневаться. Другие могут получить урок, если у них есть чувство стыда, и решают исправить свой путь, по крайней мере, в будущем. Для поступков, совершенных по невежеству, покаяние - это путь исправиться и получить прощение. Не повторять эти поступки - признак духовной силы.
Бхакта: Свами, у меня есть несколько сомнений, касающихся дхьяны, которую ты сейчас описываешь, можно тебя спросить?
Свами: Конечно, ты можешь спросить и избавиться от сомнений. Это полезно для тебя и принесет удовлетворение мне.
Бхакта: Некоторые осуществляют дхьяну, но не могут узнать, прогрессирует дхьяна или нет. Что ты об этом скажешь?
Свами: Прогресс в дхьяне означает достижение экаграты, концентрации. Каждый может судить только сам, достиг ли он успеха в концентрации, верно?
Бхакта: Некоторые говорят, что у них бывают разные видения во времи дхьяны, некоторые слышат разные звуки. Доказывает ли это прогресс?
Свами: Это иллюзии. Они мешают прогрессу. Они внедряются в воображение и рассеивают концентрацию. Звуковые и зрительные галлюцинации не являются признаком дхьяны.
Бхакта: Тогда что делать, если они появляются?
Свами: Не позволяй уму грезить, никогда не теряй из вида Божественный образ, который ты себе нарисовал. Будь уверен, что это не что иное, как препятствия, предназначенные отвлечь твое внимание от Божественного образа. Если ты позволишь этим видениям и звукам прокрасться внутрь, первоначальный образ потускнеет, твоя ахамкара усилится, и ты потеряешь свой путь.
Бхакта: Но, свами, некоторые говорят, что именно это и есть признак прогресса в дхьяне!
Свами: Это означает только, что они не выполняют дхьяну должным образом! Кроме того, не зная, что такое дхьяна, они обманывают своих учеников, говоря так, чтобы понравиться им. Это только для собственной выгоды.
Бхакта: Не означает ли это, что посредством дхьяны нельзя общаться с Господом?
Свами: Почему же нельзя? Конечно можно! Если вы фиксируете свое внимание на величественном и прекрасном образе Господа и сосредоточиваетесь только на Нем, вы достигаете Его милости в этом образе различными путями. Когда вы это совершаете, могут происходить помехи. Не нужно обманываться, будьте настороже, не забывайте благословенный образ. Представляйте себе, что все сущее слито в Нем.
Бхакта: А на самом деле, нельзя ли узнать, какой степени мы достигли в дхьяне?
Свами: Можно определить торможение или развитие процесса только когда знаешь, что вот эта ступень - такая-то, а эта - такая-то, верно? Дхьяна - суть без начала и конца, поэтому невозможно провозгласить ее достижение, завершить ее и закончить.
Бхакта: Ты говоришь, что у дхьяны нет конца?
Свами: То, что обычно называют концом, - это конец "я" и слияние всего в одном образе. У дхьяны нет конца.
Бхакта: Как же определить степень ее постижения?
Свами: Мысль о степени постижения имеет смысл, если ежедневно проверять свою способность к концентрации, определять, насколько ты подавил грезящую природу ума, насколько глубоко прочувствовал Божественный образ, вот и все. Степень достигнутого не может быть познана. Что и в какое время ты получишь, зависит от Его милости. Это не зависит от количества дней и продолжительности времени, посвященного дхьяне. Некоторым потребуется много воплощений, другие достигнут цели всего за несколько дней. Все зависит от собственной шраддхи бхакти и садханы каждого. Это нельзя вычислить, в этом нельзя удостовериться.
Бхакта: Это значит, что не следует беспокоиться о нашей садхане, ее прогрессе, степени ее прогресса, возможном ослаблении и т.д.
Свами: Именно так. Заботься о том, чтобы научиться садхане, а не о пользовании ее благами. Реальность, понимание Реальности не имеют ступеней и границ. Не поддавайся всякого рода заблуждениям на той или иной стадии. Точно придерживайся рейса и станции назначения. Никогда не отказывайся учиться садхане. Не изменяй время дхьяны, целеустремленно овладевай ею. Тогда удостоишься ее плодов. Не поддавайся речам других людей об их воображаемых ощущениях. Для тебя нет ничего более истинного, чем твои собственные ощущения. Поэтому, прежде всего, необходимо стараться достигнуть полной концентрации, экагратхи, и пусть это будет твоей единственной целью.
Бхакта: Дхьяна означает лицезрение образа Господа, верно, свами? Когда такой образ действительно видишь, вдруг тебе говорят, что он нереальный, неистинный! Что этим хотят сказать?
Свами: Лицезрение Господа - это цель дхьяны. Но прежде чем ты этого достигнешь, на твоем пути встретятся препятствия, они должны быть преодолены.
Бхакта: Что это за препятствия? Как их преодолеть?
Свами: Вот ты сел в поезд, который направляется в село. Ты знаешь, что в этом селе есть станция. Много таких же станций ты встретишь во время поездки, и поезд будет останавливаться на каждой из них. Но только лишь из-за того, что поезд остановился, ты ведь не выйдешь на первой попавшейся станции вместе с багажом, верно? Ни к чему выходить на промежуточных станциях, ты упустишь цель и приобретешь лишние хлопоты, не говоря уже о промедлении. Еще до начала поездки должен быть намечен нужный маршрут - промежуточные станции и т.д., с помощью тех, кто уже знает этот маршрут.
Бхакта: Каждому кажется, что он опытный путешественник! Как определить, кто лишь претендует на эту роль, а кто действительно знает дорогу?
Свами: Конечно, все должно быть взвешено. Можно путешествовать одному. Не нужно следовать указаниям тех, кто подробно рассказывает о маршруте - станциях и т.д., пользуясь лишь только картой. Необходимо принимать во внимание, откуда начали свою поездку те, кто дает советы, и откуда начинаешь ты, обрати внимание на маршрут, которым прошли они, и который хочешь предпринять ты. Кроме того, нужно учитывать, что невозможно советоваться с теми, кто добрался до того же пункта назначения, потому что они не возвращаются, они не могут быть полезными на той стадии, на которой ты находишься. Поэтому тебе не нужно хлопотать в поисках людей, которые расскажут о своем опыте путешествия. Самое лучшее - воспользоваться помощью и советами мудрецов из Гиты, Шастр, Вед, Упанишад; положись на слова Господа и следуй упадеше пуруше аватаров. Кроме того, есть множество людей, которые могут указать лишь тот путь, по которому прошли сами, не больше. Поэтому, как они могут рассказать о том, чего сами не ощущали?
Бхакта; Но тогда как же все-таки достигнуть пути, цели?
Свами: Если этому суждено случиться, это вовсе не трудно. Возможность представится. Ты наверно, слышал поговорку: "Пошел за лианой и споткнулся об нее". Не надо сомневаться.
Бхакта: Свами, некоторые говорят, что если во время дхьяны нет видений, звуков, огней, можно считать, что дхьяна не совершенствуется. Ты считаешь, это неверно?
Свами: Это лишь игра их воображения. Пожалуй, они совершают дхьяну именно для того, чтобы добиться таких зрительных и звуковых галлюцинаций! Поэтому они их и ощущают. Каждый из них обманывается, они не анализируют, что же на самом деле стоит за этими видениями! По правде говоря, не стоит добиваться этих причудливых галлюцинаций.
Бхакта: Тогда чего же мы должны добиваться, свами?
Свами: Желай постигнуть основу всего сущего; если познал ее - познал все; если понял ее, значит понял все; не ищи капли, когда пытаешься познать море. Когда достигаешь океана, откуда берутся все капли, тебе не нужно будет и капли иллюзии.
Бхакта: Некоторые садхаки рисуют в воображении своих гуру во время дхьяны, правильно ли это?
Свами: Гуру показывает путь, он учит тому, что полезно. Поэтому ему нужно оказывать уважение и благодарность. Но не нужно считать гуру всесильным и всеобъемлющим. Конечно, Господь есть в каждом в виде атмы; каждому нужно воздавать то, что он заслужил, не более.
Бхакта: Но многие великие люди провозглашают, что гуру - это и отец, и мать, что он - Брахма, Вишну и Махешвара одновременно.
Свами: Опираясь на атму, можно сказать, что это правильно. Но такие гуру встречаются редко. Можно говорить о них как об отце и матери, Боге из-за любви и уважения к нему, вот и все. Любить как мать, беречь как отца - так ты можешь сказать. А что тогда ты скажешь о тех, кто дал тебе это тело, воспитал тебя еще до того, как у тебя появился гуру? Первое и самое важное - будь благодарен отцу и матери, служи им, сделай их счастливыми, уважай их. Уважай гуру как человека, который показывает тебе путь, который наблюдает за твоим развитием, твоим благополучием. Поклоняйся Господу как Свидетелю всего повсюду, как хозяину Творения, Сохранения и Разрушения, как Всемогущему. Помни, что только Бога можно считать всеобъемлющим образом, всеобщим другом и покровителем. Ко всем остальным нужно относиться только по их личному положению: к матери - как к матери, к отцу - как к отцу, к гуру - как к гуру; они не могут быть одним. Поразмышляй надо всем этим. Если ты ищешь атмасакшаткару, ты должен утвердить в своей дхьяне образ Господа - всеобщей атмы - тот, который тебе больше нравится, а не рисовать образ своего гуру, это неправильно. Господь ведь по своему положению выше гуру, верно? Прими эти слова за основу и старайся понять суть вещей, это принесет плоды твоим усилиям. Тебя хотели заставить гальку принять за драгоценный камень, а драгоценный камень - за гальку! Конечно, через принуждения и приказы людей можно заставить повиноваться и принимать одно за другое, но может ли это чувство быть искренним? Думать в глубине души одно, выказывать другое - это не признак дхьяны. Пока это противоречие не разрешено и не достигнуто внутреннее согласие, не будет стабильности в дхьяне так же, как и успеха.
Бхакта: Отлично, свами. Без знания сути многие садхаки тратят зря годы на то, что они называют дхьяной. Они не видят ни ее законов, ни пределов. Таким людям твой совет покажет Реальность, он даст им установку на Вечное. Сегодня я действительно благословлен, свами.
Бхакта: Я очень долго хотел спросить тебя о некоторых вещах и получить ответы. Сегодня у меня есть такая возможность. Этот манас и его законы - непознаваемые категории. Их значение остается нечетким и неясным без реального опыта. Но, свами, иллюзия самсары сильно давит на нас, как густые темные тучи в дождливый сезон. Что это за могучая сила, которая тянет нас за собой? Это очень тревожит меня, я чувствую, что такие люди, как я, должны ясно понимать эти вещи, до самой сути. Будь так добр, просвети меня!
Свами: Ну, мой мальчик, что я могу сказать? Ты испытываешь страх, принимая пень в парке за человека. Вот ты и принимаешь неразделимое целое, адвайту, пурну, которые являются Брахманом, за отдельную несовершенную дживу и боишься.
Бхакта: Как тогда подступает эта иллюзия?
Свами: Ты спал и видел сон. Ты видел сон аджняны и мохи, поэтому тебе пригрезилась эта самсара. Пробуждайся. Когда исчезает греза, иллюзия исчезает тоже.
Бхакта: Свами, а что такое "невежество"? Каковы его характеристики? В чем оно выражается?
Свами: То, что связано с телом и ощущает себя как "я" - это джива. У дживы закрыто лицо, она верит изменчивым джогату и самсаре, она погружена в них обоих. Когда джива отказывается от своей адвайтасварупы и забывает о ней, мы называем это аджняной, понятно?
Бхакта: Но, свами, все Шастры говорят, что самсара вызвана майей, а ты сейчас говоришь, что это происходит благодаря аджняне. Какое между ними различие?
Свами: Аджняна известна еще под именами майи, прадханы, пракрити, авьякты, авидьи, тамаса и т.д. Следовательно, пойми это правильно, самсара - это следствие аджняны.
Бхакта: Как может аджняна производить самсару, гурудева, я хочу узнать это от тебя.
Свами: Знай, что у аджняны есть две могучие силы: аваранашакти и викшепашакти, скрытая сила и явная. Викшепашакти прикрывает реальность и проектирует на нее нереальность. Аваранашакти действует также в двух направлениях: асат-аварана и абхан-аварана. Джняни учит, что атма единая и неделимая, а аджняни это отрицает, он не может постигнуть, что Реальность настолько проста. Даже когда он слышит правду, он не верит ей и не способен ее воспринять, он пропускает ее мимо ушей и равнодушно пожимает плечами. Это асат-аварана. Теперь об абхан-аваране. Даже когда человека убеждают учения Шастр и милость провидения, что атма неделима, он прогоняет от себя это знание как несущественное, убежденный поверхностными доводами. Хотя у него есть чит, или сознание, понимающее то, от чего он отказывается, моха вынуждает его декларировать, что неделимости не существует. В этом заключается зловещая роль абхан-авараны.
Бхакта: Ты говорил также о викшепешакти. Что под этим подразумевается?
Свами: Хотя у "тебя" нет образа и формы, "ты" неизменяем и "твоей" природой является ананда, или блаженство, ты впадаешь в заблуждения веры, чувства и действия, как будто "ты" являешься телом, имеющим образ и форму, которое изменяется и которое является вместилищем страданий и горя. Ты считаешь себя самого исполнителем и обладателем; ты говоришь "я", "ты", "они", "то", "это" и т.д., в заблуждении предполагая различие и множественность, тогда как все единое целое. Эта иллюзия, проектирующая многое на одно, называется викшепашакти или адхьярупой, наложением.
Бхакта: Что это такое?
Свами: Когда ты принимаешь перламутровый предмет за серебряный, когда принимаешь пень за человека или когда вместо пространства пустыни видишь озеро - ты накладываешь нереальное на реальное. Это адхьяропа.
Бхакта: Хорошо, Баба. Что нереальное, что реальное, пожалуйста, объясни мне и это тоже.
Свами: Только одна неделимая сат-чит-ананда парабрахма является реальной. Точно так же название и форма змеи накладываются на веревку; этот джагат, состоящий из множества разных вещей, от Брахмы до травинки, включающий в себя все живое, всю инертную материю, такую, например, как земля, накладывается на парабрахмавасту. Джагат - это авасту, нереальное, это то, что накладывается.
Бхакта: Это наложение нама рупы джагата на адвайтхавасту, из-за чего оно происходит?
Свами: Из-за майи.
Бхакта: Майя означает...
Свами: Аджнянашакти вышеуказанного парабрахмана...
Бхакта: Аджнянашакти означает...
Свами: Я ведь уже говорил, разве нет? Невозможность постигнуть Брахмана... хотя ты изначально - Брахман. Это аджняна.
Бхакта: А как получается, что эта аджняна производит весь джагат?
Свами: Аджнянашакти не позволяет тебе видеть веревку, вместо нее она накладывает змею; она заставляет тебя видеть джагат там, где существует только Брахман.
Бхакта: Свами, если есть только адвайта, единая и неделимая, как создался весь этот мир?
Свами: Ты снова вернулся туда, откуда мы начали! Даже если я расскажу тебе об этом сейчас, это будет тяжело усвоить. Однако, раз ты просишь, я попытаюсь. Слушай. Аджнянашакти существует в скрытой форме в самой веревке. То есть она скрыта и непроявленна, в Брахмане. Это также называется авидья; основой для нее является Брахман, который суть чит и ананда. Из двух могущественных свойств майи, авараны и викшепы, аварана скрыта в Брахмане, а викшепа заставляет ее проявляться в качестве манаса. Манас создает всю эту панораму имен, форм и образов через множество васан.
Бхакта: Прекрасно, свами. Как великолепна пракрити! В чем различие между стадией сна и стадией бодрствования?
Свами: У обеих - иллюзорная природа, в обеих действуют васаны. Джагат - это устойчивая, постоянная иллюзия; сон - неустойчивая, непостоянная иллюзия, вот в чем разница, другой нет.
Бхакта: Свами, как же можно говорить, что джагат нереален, когда он конкретен, его можно ощутить различными способами?
Свами: Это иллюзия, которая прячет реальность от понимания; джагат так же накладывается на Брахмана, как картины на стену.
Бхакта: Авидью называют анади, верно? Почему же тогда ее так сильно порицают?
Свами: Авидья, не имеющая начала, кончается, когда расцветает видья. Это очень логично. Темнота рассеивается светом. Каждый предмет состоит из пяти частей: источник, природа, назначение, срок существования, результат. Но в случае Параматмы так сказать нельзя, хотя всему, что развивается из него, это присуще. Только происхождение майи необъяснимо. Она - свое собственное свидетельство. Она в Брахмане, с Брахманом: она анади. Нет ни одной причины, которой можно было бы объяснить великолепие ее проявлений. Как пузырь поднимается из воды силою своей собственной природы, так сила, которая принимает образ нама рупы, возникает из безграничной, единой Параматмы. Вот и все. Только невежда будет говорить, что авидья - это зло; на самом же деле в ней нет ни добра, ни зла.
Бхакта: Как можно говорить, что у майи нет основы, или хету? Именно так же, как работа горшечника является хету для глины, чтобы принять форму горшка, так и санкальпа Ишвары существенно важна для силы, скрытой в Брахмане, чтобы стать явной.
Свами: В окончательном разрушении, или махапралайе, Ишвара перестанет существовать. Будет существовать только один Брахман, не так ли? Тогда, как может санкальпа Ишвары быть хету? Этого не может быть. Принимая это во внимание, не следует считать Брахму, Вишну и Ишвару тремя отдельными существами. Это три формы, образованные гунами. Все трое - единая Параматма. Но пока трудно понять работу окружающего мира, она объясняется и усваивается в трех формах, занятых тремя видами деятельности, носящих три имени. Во время Созидания Разрушение отсутствует. Вместе они могут существовать за пределами времени. Человек, который существует во времени, действии и причинности, не может когда-нибудь понять ее. Когда ты преодолеешь три гуны, ты также сможешь достигнуть этой запредельности, не ранее. Итак, не посвятив время пониманию этих проблем, не занимаясь насущными вещами, ты пройдешь мимо дороги, которая ведет к цели.
Комментариев нет:
Отправить комментарий