воскресенье, 20 мая 2018 г.

Святой, “укрывший” Шиву своим служением


Преображающие высоты служения и жертвенности, которым Саи Шива учит нас на примере жизни Своего замечательного преданного, святого Амараниди Найянара
«Перияпуранам», книга на поэтическом тамильском языке, была написана  Секкижаром в 12 веке. Это повествование о 63 святых, чья жизнь была преображена благодаря  преданности Господу Шиве. Эту книгу также называют «Тиру-Тондар-Пуранам», – писание о святых, посвятивших себя служению. И, как видно по названию, многие из этих святых заслужили быть достойными поклонения благодаря своему преданному служению. Они рассматривали возможность служить отрекшимся от мирской жизни и посвятившим себя созерцанию Господа Шивы как служение Самому Господу.
Амараниди Найянар – седьмой святой, о котором повествует «Перияпуранам». Амаранидьяр родился в сословии торговцев в городе Пажаяри, древней столице царства Чола. Он стал известен в городе как честный купец, и его торговля золотом, драгоценностями и тончайшими тканями процветала. Он был благословлен богатством, хорошей репутацией и прекрасной семьей, но его ум был всегда погружен в размышления о Господе Шиве, и он был охвачен постоянным стремлением иметь возможность служить тем, кто предан Господу со спутанными волосами. Он извлекал счастье не из своего имущества, а из возможности использовать его на служение нуждающимся и преданным Господу. Но в чем могут нуждаться те, кто отреклись от всех привязанностей к миру?
Кроме поднесения им пищи, подслащенной его преданностью Господу Шиве, он начал предлагать им также набедренные повязки (коупинам), единственное украшение йогов древности. Таким образом, Амаранидьяр и его жена освящали свое время и богатство тем, кто кормили и одевали преданных Господа с чувством, что они кормят и одевают самого несравненного Господа.
Возможно ли, чтобы такая преданность не достигла Бога? Она воистину достигла Его, и Господь Шива, которому игры с последователями и их испытания приносят большую радость, решил разыграть небольшую лилу в жизни этих чистых преданных. Однажды Амаранидьяр с семьей отправился в Тируналлур, чтобы получить даршан трехокого Господа, а также поучаствовать в храмовом празднике. Там он соорудил небольшое укрытие, где паломники могли остановиться и принять пищу, которую он и его семья с любовью готовили для них.
После завершения празднеств Амаранидьяр решил остаться еще на несколько дней, чтобы насладиться величием Господа Тируналлура Кальянасундарешварара. И тогда Господь вознамерился посетить его в облике брахмачария. Облаченный в одну лишь набедренную повязку и имея при себе лишь пару запасных повязок, привязанных к посоху, он пришел к пристанищу Амаранидьяр
Его третий глаз был сокрыт от взоров, а лоб покрыт священным пеплом. Господь, который принимал служение этого чистого преданного через множество паломников, сейчас лично явился в форме брахмачария, которую Он создал специально для того, чтобы даровать блаженство Амаранидьяру.
Амаранидьяр был счастлив принять у себя гостя, весь вид которого говорил о том, что он отрекся от привязанности к мирскому имуществу. Он смиренно поклонился страннику и предложил свои услуги. Брахмачария ответил твердым голосом: «Я не нуждаюсь в твоей благотворительности – на мне надета одна такая повязка, и еще две привязаны к посоху. Этих тряпок более чем достаточно, чтобы прикрывать мое тело. Что еще нужно отрешенному аскету? Сейчас я направляюсь на реку Кавери для совершения омовения. Небо затянуто тучами, может пойти дождь, и тогда моя запасная одежда намочится». С этими словами он отвязал одну из повязок от посоха, протянул ее Амаранидьяру и продолжил: «Я оставляю тебе ее на хранение. После омовения я вернусь и заберу ее».
Со своим собственным именем на устах, играя свою роль с совершенным мастерством, Господь покинул хижину. Амаранидьяр же аккуратно положил доверенное ему одеяние в надежное место. Туда, где другие хранили бы золото и драгоценности, он с почтением поместил этот кусок ткани. Амаранидьяр был воистину богатым человеком – богатым смирением, почтительностью и, самое главное, преданностью Господу.
Спустя некоторое время брахмачария вернулся мокрый до нитки. Тот, которого не могла намочить льющаяся с Его собственных волос Ганга, разыграл сцену, будто Он попал под проливной дождь. Мокрый с ног до головы, держа посох с насквозь промокшей набедренной повязкой, Господь вернулся в хижину, чтобы продолжить свою игру.
Он позвал Амаранидьяра и сказал: «Как и ожидалось, пошел дождь, так что теперь даже моя запасная одежда мокрая. С моей стороны было очень благоразумно оставить тебе повязку на хранение».  Амаранидьяр бросился в то место, куда он положил повязку, но к своему ужасу обнаружил, что она исчезла. Его сердце от волнения колотилось. Что он скажет страннику? Примет ли тот объяснения, примет ли другую повязку взамен исчезнувшей?
Он позвал жену и спросил ее насчет повязки. Жена сказала, что никто не входил в комнату, и она понятия не имеет, как такое могло произойти. Разве трудно Господу, который похищает наши сердца без нашего ведома, утащить какую-то тряпицу? Господа Шиву называют еще Дигамбарой, Тем, для которого единственным одеянием являются четыре стороны света и небо, Тем, Кто облачается в пять элементов. Набедренная повязка, которая представляла собой лишь эти пять элементов, наверное, вернулась в свою изначальную форму. Какова бы ни была тайна этой лилы, цель ее начала проясняться.
Из стопки одежды, предназначенной для раздачи нуждающимся, Амаранидьяр выбрал набедренную повязку намного  лучшего качества, чем исчезнувшая, и вышел к гостю, который уже начал терять терпение. Брахмачарий смотрел на хозяев, которые приближались к нему, держа новую повязку – оба были бледными от страха. Казалось, нищий с трудом сдерживал свой гнев в ожидании того, что скажут хозяева. Как только он услышал их мольбу принять новую повязку взамен его старой, которая таинственным образом исчезла, он впал в ярость.
«Негодяй! Так вот какой торговлей ты занимаешься! Ты воруешь вещи доверчивых аскетов, а затем предлагаешь им помощь в виде благотворительности! Ты надеешься получить милость Господа такой низостью? Или ты продаешь украденное, чтобы обогатиться еще больше?»
Амаранидьяр упал к стопам аскета и стал со всей искренностью умолять простить его. Он выразил готовность дать гостю любое количество повязок взамен потерянной. Он даже предложил возместить убыток золотом и драгоценностями. Но разве Хозяин всех богатств всех вселенных явился для того, чтобы получить лишь куски ткани или блестящие побрякушки? Он пришел за большим, чем просто это. Имитируя отвращение, Господь сказал: «Неужели ты думаешь, что вся эта одежонка может сравниться по ценности с моим дхоти? Какое дело йогину, подобному мне, до твоего мирского богатства? Я приму только повязку равную по ценности моей».
Какая игра! Медитирующий на Господа Шиву освобождается от любой привязанности, но здесь Сам Господь Шива делает вид, что привязан к куску материи!
Амаранидьяр в отчаянии взмолился: «Как я, о господин, могу найти повязку, равную твоей, которую я потерял? Пожалуйста, скажи, что мне делать. Мне очень стыдно, и я сделаю все в знак раскаяния».
«Равной той повязке, которую ты так беспечно потерял, является лишь та, которую я использую, – сказал Господь. Пусть принесут весы. Я положу свое дхоти на одну чашу, а ты дай мне повязку, которая уравновесит его». Амаранидьяр был счастлив, что в конечном итоге нашелся способ, которым бы он мог загладить свой промах. Тут же были принесены весы, и аскет положил свою мокрую повязку на одну из чаш. Купец принес целую кипу отрезов самых прекрасных тканей и начал помещать их один за другим на вторую  чашу.
К этому времени в хижине стали собираться люди. Они были изумлены, увидев происходящее. Казалось, что на чаше весов лежит не набедренная повязка, а тяжелый валун, и каждый отрез ткани, который Амаранидьяр клал на другую чашу, был подобен легкому перышку. Весы даже не двигались!
Дрожа от страха, Амаранидьяр начал умолять брахмачария позволить ему положить на другую чашу весов золото и драгоценности, ибо ткань не шла ни в какое сравнение с его одеянием. «Пробуй что угодно», – сказал Господь, смеясь про себя, но не снимая внешней маски презрения. Купец с женой бросились в дом и принесли все золото и драгоценности, которые у них были. Когда человек достигает непривязанности к богатству (а Амаранидьяр действительно достиг этого состояния), ему не составит труда отпустить все. Он без колебания сложил все, что имел на чашу весов, но ничего не изменилось. Собравшиеся были ошарашены, но знали ли они, что перед ними стоял Сам Господь? Или они просто изумлялись йогическим высотам, которых достиг брахмачарий?
Амаранидьяр повернулся к жене и шепотом обсудил с ней что-то. Затем он простерся перед таинственным аскетом и сделал окончательное предложение. «Господин, я сложил на весы все, что у меня есть. Теперь я прошу вашего позволения самому встать на весы вместе с женой и сыном. Пожалуйста, примите это предложение и дайте нам свое милостивое согласие».
Наконец пьеса достигла последнего акта. Люди, затаив дыхание, наблюдали за тем, как Амаранидьяр и его семья с почтением обошли вокруг чаши с волшебным одеянием и начали молиться: «О Господь, если это правда, что наша преданность и служение Тебе были чисты и искренни, пусть чаши весов сравняются». Вместе они пропели мощную панчакшари мантру «Ом Намах Шивайя» и встали на чашу весов. Теперь весы наконец уравновесились, ведь семья купца поместила на свою чашу не просто себя самих, а чистую, ничем не загрязненную любовь.
Наблюдавшие эту сцену люди были потрясены, наблюдая это чудо, и вдруг они заметили, что нищий брахмачарий исчез. Амаранидьяр и его семья подняли глаза и далеко на горизонте увидели Господа и Божественную Мать, на их лицах сияла одобрительная улыбка. Так весы доставили благословенную семью в обитель Господа Шивы, ибо они теперь принадлежали Самому Богу. И еще много веков Амараниди Найянар будет оставаться примером той истины, что служение, предлагаемое с чистым бескорыстным сердцем, может привести к окончательному освобождению.
Свами часто цитировал эти строки из «Мундака Упанишады»: «На кармана на праджайа дханена  тьгенаике амрутатваманашуху» (Ни деяниями, ни богатством, ни потомством, но лишь одной жертвенностью достигается бессмертие). Однажды, давая пояснения к этой цитате, Свами сказал, что человек достигает бессмертия не посредством кармы (действий), а посредством сочетания кармы и тьяги, то есть, когда он совершает действия и жертвует плоды этих действий.  Человек достигает освобождения от цикла рождений и смерти не благодаря добродетельным детям, но если он воспитывает их в духе отречения и осознания, что все, что они имеют, дано  Господом лишь на хранение.  И не посредством дханама (богатства), а через сочетание дханама и тьяги. Свами объснил, что дханам – это не просто материальное богатство, но также знания, умения и энергия. Человек должен использовать все эти компоненты для служения другим.
Амаранидьяр вел именно такую жизнь. Служение очистило его сердце и превратило его в достойное подношение Богу. Возможно, Господь хотел показать миру с помощью этого преданного, что дороже всех богатств, украшений и даже служения для Него является сердце, наполненное чистой, бескорыстной преданностью.
Каждый раз, когда Бхагаван брал студентов с собой в Кодайканал, в один из дней пребывания там Он отправлял их всех за покупками, раздав им какую-то сумму на карманные расходы. Вечером каждый из них имел драгоценную возможность показать Ему свою покупку.
Во время поездки в Кодай в 2007 году, когда Свами отправил свою свиту за покупками, один мальчик принес из магазина две шали: розовую и цвета охры. Когда подошла его очередь, он приблизился к Свами и положил обе шали Ему на колени. Шаль цвета охры точь-в-точь подходила к одеянию, которое было на Свами, и мальчик  был счастлив, что так угадал цвет.
Он сказал: «Свами, розовая шаль – для моей мамы, а вторая – для Тебя». «Для Меня? Я не ношу шали. У меня гардероб настолько  полон, что Я сам раздаю одежду другим», – ответил Свами. Разочарованный мальчик  настаивал: «Я знаю, что Свами ни в чем не нуждается, но, пожалуйста, прими это подношение. Оно от всех нас».
Вернув шали, Свами велел мальчику отдать их обе маме. «Пожалуйста, Свами» – умолял он, указывая на шали, – эта для маты, а эта – для Саи Маты». Тогда Свами сделал очень глубокое замечание:
«Саи Мата ку иваласинди вере, Саи Мата ку иваласинди иди!» (То, что следует отдать Свами – это нечто иное. Свами следует отдать вот это!» – и Он указал на сердце мальчика. «Ади каппуконтану!» (Я укроюсь им!)
Господь Шива, придя к Амаранидьяру промокшим и продрогшим, искал вовсе не Свое одеяние, а чистое сердце Своего преданного. И тогда, и сейчас, и вовеки веков Господь желает лишь одного – быть окутанным и укрытым сердцем преданного, очищенным служением и бескорыстием. Пусть же каждый из нас подготовит это одеяние и держит его наготове для нашего Господа.

Комментариев нет:

Отправить комментарий